Своё художественное поведение Бурлюк строил на убеждении, что живописец не должен держаться одной школы: главным качеством он считал «психологическую мимикрию» и менял манеру часто и искренне. В ранние годы он подражал импрессионистам и постимпрессионистам, писал пейзажи мягких, нежных тонов; увлечение Ван Гогом привело его к плотному пастозному письму. К импрессионистическим задачам он возвращался и в середине 1910-х, но к натурно увиденным, вполне реалистическим мотивам добавлял экспериментальные приёмы — наносил краску таким густым слоем, что на холсте возникали рельефные наросты. Позже фактура стала для него самостоятельным средством: в масло подмешивались гипс, дерево, стекло, медь и жесть. От созерцательного импрессионизма к футуризму он шёл через экспрессионизм и примитивизм, не выстраивая, в отличие от Малевича или Филонова, жёстких теоретических формул.